воскресенье, 6 октября 2013 г.

Самара

Когда-то мои предки бежали от раскулачивания из Башкирии в Казахстан. Им казалось, что если в родном краю тебе светит или участь лишенца или конвой при лесоповале, то лучше выбрать волю на чужбине. Можно раствориться в азиатских просторах;  спрятаться от  государства прибившись к пустынному кишлаку.
Бежать и жить на воле! Так решил семейный совет.
Оказалось, что иная свобода хуже неволи, и они вернулись "в Россию" , причём, в одно из самых ГУЛАГовских мест советской страны - на строительство Куйбышевской ГЭС ...
Бежали из родных краёв добровольно и вернулись с чужбины по своей охоте.
 Так в Куйбышеве осела одна из ветвей нашего Рода.
 Шли годы, Куйбышев снова стал Самарой, архитектурный шедевр, украшение города - старый вокзал, строители-волжане тупо смели и поставили на его место современную уродину, к которой и подкатил наш поезд.
Я ступил на, почти родную, землю. Встречи с роднёй не предполагалось, даже мимолётной, вокзальной.

  Разумеется, перронные торговцы предлагали то, без чего немыслима Самара: шоколад и "Жигулёвское".
 Как раз возле дверей нашего вагона угнездились два парня с картонной коробкой, заполненной бутылками, металлическими банками и баллонами с самыми разными пивами. Я спросил почём у них бутылка "Жигулёвского". Семдесят - твёрдо и с достоинством ответил юноша.
Я не видел смысла в дальнейшем общении с пивными коробейниками и отправился в шоколадную страну.
 Несмотря на обилие товара в шоколадном развале, покупать ничего не захотелось. Всё то же, что у нас в магазине, только дороже. Я уже собирался покинуть самарскую землю и завалиться на свою полку, но решил сделать то, что считалось в советское время обязательным - купить огромный шоколадный брикет. Некогда это сказочное создание можно было купить только в Куйбышеве. На любого советского человека этот толстенный огромный слиток шоколада производил впечатление гораздо большее, чем слиток золота или новая модель айпада в корпусе с бриллиантами. Советский человек, побывавший в Самаре, потрясал своих домашних и друзей, извлекая из чемодана коричневый тяжёлый чурбак, от которого невозможно откусить, как от обычной шоколадки, а надо было откалывать ножом бесформенные ломти. О, этот аромат и вкус настоящего шоколада, сохранившийся в памяти! Он живёт во мне с той эпохи, когда хорошего и вкусного было мало. Сколько раз я был, после гостевания у Куйбышевской родни, тем волшебником, который доставал из дорожной сумки слиток шоколада. Достать никому не нужного кролика из шляпы мог любой советский фокусник, а  шоколадный слиток - нет! На такое чудо способен был только я, и то изредка. Как давно я не совершал этого сеанса магии!
 И я купил приятно увесистый слиток настоящего самарского шоколада. Это надо было сделать! Так предписывала традиция. Брус шоколада был гигиенично запечатан в полиэтилен и никакого запаха, поэтому, не издавал.
Я уже поднял ногу над вагонной ступенькой, как вдруг зов традиции приказал мне совершить ещё одну символическую покупку. Я был обязан купить эту последнюю бутылку "Жигулёвского". Добыть её, чего бы то мне ни стоило!
 Тут , словно ураган, с другого края платформы налетел, но тут же плавно притормозил поезд "Москва - Новосибирск". Парни с пивом, как артисты на вращающейся сцене, как сказочная избушка, развернулись и встали к Уфе задом к Москве передом. Я, наивнейший, ещё не понимая, что произошло, подошёл к юным пивникам и протянул им 70руб.00коп.
-"Жигулёвское", пожалуйста.
- Сто рублей "Жигулёвское" - с той же непередаваемой интонацией молвил самаритянин.
- ты же говорил семдесят!
   В ответ последовала краткая но убедительная лекция по научно-рыночной экономике:
- раньше было 70, а теперь 100.
... на перрон выползали москвичи ...
....   ...... .
 Я пошёл к себе в вагон, держа в руке вполне достойный сувенир - шоколадный брусок из Самары.
*********
  Мы вернулись с югов, минула золотая осень, наступил промозглый октябрь. Моя шоколадина, благодаря мне, отдохнула на черноморском побережье, и, минуя свою поволжскую родину,  приехала на Южное Приуралье. Напутешествовавшись, она опять улеглась отдыхать, но на этот раз не в курортной зоне, а на полке в буфете.
За окном моросило. Было сумрачно. Это время года, эту погоду Всевышний придумал специально для того, чтобы ёлки проявили свою красу в самой полной мере. Жаль, что за окном у меня не растёт ни одного хвойного дерева. Но, пусть я не могу видеть этой восхитительной картины, я всё равно знаю, что во всём мире, на всей земле, от края и до края, всё ёлки, кедры и сосны украшены мириадами крошечных бриллиантиков. На конце каждой иголочки в загадочном сумраке сверкает маленькая водяная искорка. 
 Пора, - решил я. Шоколадный слиток лёг на новую дубовую разделочную доску. Какое это счастье - серым осенним утром, когда по подоконнику барабанит невыспавшийся дождик, отколоть от огромного шоколадного слитка неровный микро-айсберг и поделиться им с самым близким тебе человеком ...
  Я налил себе и жене свежего чаю, и искусил шоколадный сколок.
Рот наполнился приторной сахарной сладостью, вкусом натуральной сои, смешанной с ароматом настоящей тропиканской экзотики - пальмовым маслом. Присутствовал ещё какой-то непонятный вкус. Вероятно, это был вкус коричневой краски. Надеюсь, это был пищевой краситель.
=============